суббота, 14 мая 2011 г.
четверг, 21 апреля 2011 г.
вторник, 19 апреля 2011 г.
Мир для двоих. Романс.
Мир для двоих. Романс.
Моей любимой жене посвящается.
Позовите меня, мы послушаем вместе молчанье,
Океана ночного, с дорожкой зовущей луны.
Ваши локоны вьются от тихого ветра касанья,
И горят в небесах звезд далеких ночные костры.
Это мир для двоих, это чудный и сказочный остров,
Где построены замки из тучь и дворцы из песка,
Все окутано тьмой, сокровенно, сокрыто, неброско,
И извечная тайна любви необычно близка.
Берег нежно ласкают манящие черные волны,
Рассыпая как жемчуг созвездья из пены морской,
Здесь рождается вновь Афродита, и ею плененный
Замирает на миг в восхищеньи могучий прибой.
Тут слова не нужны, пусть мелодия длится и длится,
И в ладоне ладонь - а в глазах отраженье мечты,
Нам на лунной дорожке легко навсегда заблудиться,
Растворившись в объятьях зовущей к себе темноты.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Моей любимой жене посвящается.
Позовите меня, мы послушаем вместе молчанье,
Океана ночного, с дорожкой зовущей луны.
Ваши локоны вьются от тихого ветра касанья,
И горят в небесах звезд далеких ночные костры.
Это мир для двоих, это чудный и сказочный остров,
Где построены замки из тучь и дворцы из песка,
Все окутано тьмой, сокровенно, сокрыто, неброско,
И извечная тайна любви необычно близка.
Берег нежно ласкают манящие черные волны,
Рассыпая как жемчуг созвездья из пены морской,
Здесь рождается вновь Афродита, и ею плененный
Замирает на миг в восхищеньи могучий прибой.
Тут слова не нужны, пусть мелодия длится и длится,
И в ладоне ладонь - а в глазах отраженье мечты,
Нам на лунной дорожке легко навсегда заблудиться,
Растворившись в объятьях зовущей к себе темноты.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
пятница, 15 апреля 2011 г.
среда, 13 апреля 2011 г.
КООРДИНАТЫ ДЛЯ СВЯЗИ
Связаться со мной можно через мой блог на маил. ру:
http://blogs.mail.ru/inbox/grimnir74/
Или по эл. почте:
grimnir74@inbox.ru
КОММЕНТАРИИ ТУТ ОСТАВЛЯТЬ НЕ НУЖНО.
http://blogs.mail.ru/inbox/grimnir74/
Или по эл. почте:
grimnir74@inbox.ru
КОММЕНТАРИИ ТУТ ОСТАВЛЯТЬ НЕ НУЖНО.
ПОСЛЕДНЯЯ ВЕТКА...
(фото автор)
Прошло, промелькнуло,
И зелень - вокруг...
Последняя ветка...
А вдруг?
КУРС НА УДАЧУ.
КУРС НА УДАЧУ.
Проложите скорее вы курс на удачу,
Прочертите по карте заветный маршрут,
Будут штормы и мели, и рифы впридачу,
Но и ветер надежды, и порта уют.
Наберите в команду Уменье и Бодрость,
Станет боцманом Мудрость, Улыбка - старпом,
Коком будет Здоровье, а юнгою - Гордость,
Сила Старшим матросом, а Зло - за бортом!
Пусть ломаются мачты - поставим другие,
И пробоины будут, и бушприт разбит,
Вы мои капитаны, от жизни хмельные,
Вас всё также вперед, к горизонту манит.
Свой настройте компАс лишь на полюс веселья,
И на всех парусах, разрезая волну,
В океаны любви, по морям вдохновенья,
А к штурвалу поставьте на вахту Мечту.
Проложите скорее вы курс на удачу,
Прочертите по карте заветный маршрут,
Будут штормы и мели, и рифы впридачу,
Но и ветер надежды, и порта уют.
Наберите в команду Уменье и Бодрость,
Станет боцманом Мудрость, Улыбка - старпом,
Коком будет Здоровье, а юнгою - Гордость,
Сила Старшим матросом, а Зло - за бортом!
Пусть ломаются мачты - поставим другие,
И пробоины будут, и бушприт разбит,
Вы мои капитаны, от жизни хмельные,
Вас всё также вперед, к горизонту манит.
Свой настройте компАс лишь на полюс веселья,
И на всех парусах, разрезая волну,
В океаны любви, по морям вдохновенья,
А к штурвалу поставьте на вахту Мечту.
вторник, 12 апреля 2011 г.
Добрый Гудвин.
Добрый Гудвин.
Тормозните мне попутное торнадо,
Что идет прямым маршрутом в землю Оз.
Мне давно туда добраться было надо:
К Изумрудному волшебнику вопрос.
Все хотелось распросить о жизни нашей,
Может знает, черт ли шутит, Бог ли спит?
Тут у нас как в Зазеркалье: страньше, страньше....
И все больше позади могильных плит.
Ну кого мне там бояться? Злых колдуний?
Безобидных реактивных обезьян?
Здесь привык я жить среди сплошных безумий,
Да и сам еще порядочный смутьян.
Если мины не лежат под той дорожкой,
Что из желтого сложили кирпича,
Я пройду по ней - авось не под бомбежкой,
Верным курсом - по заветам Ильича.
Добрый Гудвин, ты конечно настоящий,
Никогда тебя не видел, ну и что?
Луч надежды нужен - самонаводящий,
И директор новый в нашем Шапито.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Тормозните мне попутное торнадо,
Что идет прямым маршрутом в землю Оз.
Мне давно туда добраться было надо:
К Изумрудному волшебнику вопрос.
Все хотелось распросить о жизни нашей,
Может знает, черт ли шутит, Бог ли спит?
Тут у нас как в Зазеркалье: страньше, страньше....
И все больше позади могильных плит.
Ну кого мне там бояться? Злых колдуний?
Безобидных реактивных обезьян?
Здесь привык я жить среди сплошных безумий,
Да и сам еще порядочный смутьян.
Если мины не лежат под той дорожкой,
Что из желтого сложили кирпича,
Я пройду по ней - авось не под бомбежкой,
Верным курсом - по заветам Ильича.
Добрый Гудвин, ты конечно настоящий,
Никогда тебя не видел, ну и что?
Луч надежды нужен - самонаводящий,
И директор новый в нашем Шапито.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Звезды манят!
Звезды манят!
Ко дню космонавтики.
Яблони будут на Марсе цвести!
Город построим на знойной Венере!
Если смогли мы на небо взойти,
То не закроются космоса двери!
Звезды манят! И зовут нас к себе,
Станут доступны галактик просторы,
Люди не будут покорны судьбе,
К горнему мы обращаем все взоры.
Юрий Гагарин, Сергей Королев,
Золотом вписаны в память народов,
Пламя из дюз, Байконур, страшный рев,
Первый "Восток" вспыхнул новым восходом.
Я, как мальчишка, по прежнему жду,
Лунных экскурсий, полет на Юпитер,
Знать бы, в каком то случится году,
Если кто знает, прошу, подскажите!!!
Ко дню космонавтики.
Яблони будут на Марсе цвести!
Город построим на знойной Венере!
Если смогли мы на небо взойти,
То не закроются космоса двери!
Звезды манят! И зовут нас к себе,
Станут доступны галактик просторы,
Люди не будут покорны судьбе,
К горнему мы обращаем все взоры.
Юрий Гагарин, Сергей Королев,
Золотом вписаны в память народов,
Пламя из дюз, Байконур, страшный рев,
Первый "Восток" вспыхнул новым восходом.
Я, как мальчишка, по прежнему жду,
Лунных экскурсий, полет на Юпитер,
Знать бы, в каком то случится году,
Если кто знает, прошу, подскажите!!!
понедельник, 11 апреля 2011 г.
ПАМЯТИ ЖЕРТВ ТЕРРАКТА В МИНСКЕ
Число жертв теракта в метро Минска возросло до 12 человек и 125 раненых.
Накануне вечером около 17.55 на станции метро "Октябрьская" прогремел сильный взрыв. Сработало взрывное устройство, спрятанное в сумке, стоящей под скамейкой на платформе. По предварительной оценке мощность взрывного устройства составила от пяти до семи килограмм в тротиловом эквиваленте.
воскресенье, 10 апреля 2011 г.
Нарисуй мне, художник, песню.
Нарисуй мне, художник, песню.
Нарисуй мне, художник, песню,
С переливами золотую,
Чтобы с лестницей к поднебесью,
И мелодию неземную.
Нарисуй мне слова и ноты,
Обертонны звучащих красок,
Где остались вдали заботы,
Где нет места для лжи и масок
На палитре смешай аккорды,
Пусть смычком - по мольберту кисти.
Как алхимик в своей реторте,
Дай нам новой и лучше жизни.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
| <> | ||
С переливами золотую,
Чтобы с лестницей к поднебесью,
И мелодию неземную.
Нарисуй мне слова и ноты,
Обертонны звучащих красок,
Где остались вдали заботы,
Где нет места для лжи и масок
На палитре смешай аккорды,
Пусть смычком - по мольберту кисти.
Как алхимик в своей реторте,
Дай нам новой и лучше жизни.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
суббота, 9 апреля 2011 г.
Жак Ив Кусто
Жак Ив Кусто
За тобой опускались на дно океана,
Ты водил нас путями китов и акул,
Где-то в джунглях кораллов, у жерла вулкана,
Посейдону на верность навек присягнул.
Мы же - робкие дети степей и пустыни,
И спокойного пляжа, и горных лесов.
Все, кого голубые просторы манили,
Погружались с тобою средь радужных снов.
И носилась "Каллипсо" от севера к югу,
Среди льдов Антарктиды - и знойных лагун,
Не смотрели на шторм, продирались сквозь вьюгу,
И с улыбкой глядели на грозный тайфун.
Акваланг, кинокамера, с богом, ребята,
И за борт, в глубину, в этот сказочный мир,
В мир, откуда на землю пришли мы когда-то,
И куда ты вернул нас. Мерси, командир.
Ты любил океан - он ответил любовью,
Вечно юный, седой и веселый пловец.
В час последний явился Нерей к изголовью,
И забрал твою душу в подводный дворец.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
За тобой опускались на дно океана,
Ты водил нас путями китов и акул,
Где-то в джунглях кораллов, у жерла вулкана,
Посейдону на верность навек присягнул.
Мы же - робкие дети степей и пустыни,
И спокойного пляжа, и горных лесов.
Все, кого голубые просторы манили,
Погружались с тобою средь радужных снов.
И носилась "Каллипсо" от севера к югу,
Среди льдов Антарктиды - и знойных лагун,
Не смотрели на шторм, продирались сквозь вьюгу,
И с улыбкой глядели на грозный тайфун.
Акваланг, кинокамера, с богом, ребята,
И за борт, в глубину, в этот сказочный мир,
В мир, откуда на землю пришли мы когда-то,
И куда ты вернул нас. Мерси, командир.
Ты любил океан - он ответил любовью,
Вечно юный, седой и веселый пловец.
В час последний явился Нерей к изголовью,
И забрал твою душу в подводный дворец.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Между водою и небом.
Между водою и небом. 
(Фото автора)
Между водою и небом застыв,
Ровно, как-будто идя по канату,
Плавно весло в океан погрузив,
Путник скользит от рассвета к закату.
(Фото автора)
Между водою и небом застыв,
Ровно, как-будто идя по канату,
Плавно весло в океан погрузив,
Путник скользит от рассвета к закату.
ТРУДНО БЫТЬ БОГОМ...
ТРУДНО БЫТЬ БОГОМ...
Сегодня Зевс не в лучшем настроенье,
Достал неугомонный Прометей.
Украл огонь для своего творенья,
То бишь для странных глиняных людей.
Еще скандал устроила тут Гера,
Мол, с Афродитой видели его.
Ну не жена, а чистая мегера,
Характером вся в папу своего.
Нектар к обеду подали не крепкий,
Амброзия сегодня третий сорт.
Сидишь тут на Олимпе словно в клетке,
Ему б в Гиперборею..., на курорт...
Куда там... Он же Бог, глава над всеми,
Аид ушел под землю и молчит.
Брат Посейдон всегда в своем гареме,
Один лишь Он над всем народом бдит.
Среди титанов новые волненья,
Гефест налево продает мечи,
На днях Гермесу скинул порученья,
Так он в загул ушел - ищи-свищи.
Блудит как кошка в марте Афродита,
Афина в философию ушла.
От Эроса мерзавца и бандита,
Ребеночка харита родила.
В Аиде Цербер покусал Деметру,
Девчонки Музы смылись на Парнас.
Угнав Пегаса, понеслись по Ветру,
Проведать Прометея на Кавказ.
Весь мир бардак! Олимп же и подавно,
Попробуй править этакой толпой.
В Шумере Энки и Мардук недавно,
Упились в хлам от жизни вот такой.
Сосед Осирис с папой Ра Великим,
От скуки в пирамиды заперлись.
Недавно Янус - хитрый и двуликий,
Пытался говорить опять "за жисть".
Не кажут взор ребята из Асгарда,
Туристов из Нирваны днем с огнем.
Все в запустенье, нет уже азарта,
Как все же скучно, братцы, мы живем!
Куда все катится! Порядка нет на свете,
Не уважают дети и отцов.
"О Боги, это вы за все в ответе!!!...
Ой, это я кому, в конце концов"?
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Сегодня Зевс не в лучшем настроенье,
Достал неугомонный Прометей.
Украл огонь для своего творенья,
То бишь для странных глиняных людей.
Еще скандал устроила тут Гера,
Мол, с Афродитой видели его.
Ну не жена, а чистая мегера,
Характером вся в папу своего.
Нектар к обеду подали не крепкий,
Амброзия сегодня третий сорт.
Сидишь тут на Олимпе словно в клетке,
Ему б в Гиперборею..., на курорт...
Куда там... Он же Бог, глава над всеми,
Аид ушел под землю и молчит.
Брат Посейдон всегда в своем гареме,
Один лишь Он над всем народом бдит.
Среди титанов новые волненья,
Гефест налево продает мечи,
На днях Гермесу скинул порученья,
Так он в загул ушел - ищи-свищи.
Блудит как кошка в марте Афродита,
Афина в философию ушла.
От Эроса мерзавца и бандита,
Ребеночка харита родила.
В Аиде Цербер покусал Деметру,
Девчонки Музы смылись на Парнас.
Угнав Пегаса, понеслись по Ветру,
Проведать Прометея на Кавказ.
Весь мир бардак! Олимп же и подавно,
Попробуй править этакой толпой.
В Шумере Энки и Мардук недавно,
Упились в хлам от жизни вот такой.
Сосед Осирис с папой Ра Великим,
От скуки в пирамиды заперлись.
Недавно Янус - хитрый и двуликий,
Пытался говорить опять "за жисть".
Не кажут взор ребята из Асгарда,
Туристов из Нирваны днем с огнем.
Все в запустенье, нет уже азарта,
Как все же скучно, братцы, мы живем!
Куда все катится! Порядка нет на свете,
Не уважают дети и отцов.
"О Боги, это вы за все в ответе!!!...
Ой, это я кому, в конце концов"?
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
ИМЯ НАМ - ЛЕГИОН.
ИМЯ НАМ - ЛЕГИОН.
Мы на кухне всегда ораторы,
Каждый третий - Наполеон,
Сплошь спасители, императоры,
Имя нам теперь - легион.
Справедливость точно изведана,
Знаем как отняв, поделить.
И врагов, кем Родина предана,
И кого за это казнить.
Начинаем всегда за здравие,
А кончаем - за упокой.
Впереди на коне тщеславие,
Позади - лишь дворник с метлой.
Мы на кухне всегда ораторы,
Каждый третий - Наполеон,
Сплошь спасители, императоры,
Имя нам теперь - легион.
Справедливость точно изведана,
Знаем как отняв, поделить.
И врагов, кем Родина предана,
И кого за это казнить.
Начинаем всегда за здравие,
А кончаем - за упокой.
Впереди на коне тщеславие,
Позади - лишь дворник с метлой.
Илиада.
Илиада.
Концептуальная версия.
Кто не слышал молву о прославленной некогда Трое,
Где героев толпилось по три человека на брата.
Только с детства тянуло Париса всегда на чужое,
Вот и выкрал Елену - за что наступила расплата.
Всей Эллады сыны возмутились такому поступку,
Понаехали эти из Трои - сыны Аполлона!
Отвернулся то царь Минелай ну всего на минутку!
Так жена и сбежала - поверив посулам пижона.
И собралась братва на своих кораблях крутобоких,
Посейдону и прочим, как водится, мзду заплатили,
И отправились в путь все к турецким брегам недалеким,
Слухи шли по Элладе, что все там в отелях включили.
Как обычно - обман. Ни, отелей, ни звезд, ни массажа,
А троянцы ворота закрыли, как-будто не рады.
Катапульты по стенам и лучники - полная лажа.
Гекзаметром кричат неприличные грекам тирады.
И пошло, понеслось - за сраженьем ведется сраженье,
Выступают и боги - на две разделившись команды.
Положили народу несчесть - не идут на сближенье,
И не слушают слов футуристки известной Кассандры.
Так бы все и текло, не смекни Одиссей хитроумный,
Приспособить коня для посылки отряда спецназа,
И средь ночи полезли из чрева вояки бесшумно,
Наконец-то для греков пришла долгожданная маза.
Завершились разборки - Елену вернули супругу,
Та в слезах, все грехи, как всегда, на богов понавесив,
Поснимали ребята устало мечи и кольчуги,
И плясали под звуки Сиртаки и радостных песен.
Все вернулись, конечно, домой, окромя Одиссея,
Того черти носили, циклопы, сирены и боги,
Не в пустыне и чуть покороче, чем путь Моисея,
Но вели бедолагу кривые морские дороги.
Под конец и его олимпийцы домой возвратили,
Там порядок навел, постреляв женихов обнаглевших,
А потом с Пенелопой до старости счастливо жили,
Поминая героев троянских в беседа неспешных.
А отсюда мораль - наглецы огребут по заслугам,
Слишком умные тоже пред Зевсом не очень в фаворе.
И Елене достанется, думаю, все ж от супруга,
Пенелопе ура - на земле, в небесах и на море.
Концептуальная версия.
Кто не слышал молву о прославленной некогда Трое,
Где героев толпилось по три человека на брата.
Только с детства тянуло Париса всегда на чужое,
Вот и выкрал Елену - за что наступила расплата.
Всей Эллады сыны возмутились такому поступку,
Понаехали эти из Трои - сыны Аполлона!
Отвернулся то царь Минелай ну всего на минутку!
Так жена и сбежала - поверив посулам пижона.
И собралась братва на своих кораблях крутобоких,
Посейдону и прочим, как водится, мзду заплатили,
И отправились в путь все к турецким брегам недалеким,
Слухи шли по Элладе, что все там в отелях включили.
Как обычно - обман. Ни, отелей, ни звезд, ни массажа,
А троянцы ворота закрыли, как-будто не рады.
Катапульты по стенам и лучники - полная лажа.
Гекзаметром кричат неприличные грекам тирады.
И пошло, понеслось - за сраженьем ведется сраженье,
Выступают и боги - на две разделившись команды.
Положили народу несчесть - не идут на сближенье,
И не слушают слов футуристки известной Кассандры.
Так бы все и текло, не смекни Одиссей хитроумный,
Приспособить коня для посылки отряда спецназа,
И средь ночи полезли из чрева вояки бесшумно,
Наконец-то для греков пришла долгожданная маза.
Завершились разборки - Елену вернули супругу,
Та в слезах, все грехи, как всегда, на богов понавесив,
Поснимали ребята устало мечи и кольчуги,
И плясали под звуки Сиртаки и радостных песен.
Все вернулись, конечно, домой, окромя Одиссея,
Того черти носили, циклопы, сирены и боги,
Не в пустыне и чуть покороче, чем путь Моисея,
Но вели бедолагу кривые морские дороги.
Под конец и его олимпийцы домой возвратили,
Там порядок навел, постреляв женихов обнаглевших,
А потом с Пенелопой до старости счастливо жили,
Поминая героев троянских в беседа неспешных.
А отсюда мораль - наглецы огребут по заслугам,
Слишком умные тоже пред Зевсом не очень в фаворе.
И Елене достанется, думаю, все ж от супруга,
Пенелопе ура - на земле, в небесах и на море.
ЭПИТАФИЯ НЕЗАБЫТЫМ ГЕРОЯМ.
ЭПИТАФИЯ НЕЗАБЫТЫМ ГЕРОЯМ.
Фермопилы.
Путник, пойди возвести братьям в Лакедемоне,
Что, их заветы блюдя, здесь мы все полегли*
Не победили, как эллины при Марафоне
Не отступили - и пали от Спарты вдали.
Путник, взгляни, здесь трава необычно густая,
Лучшей росою струится поныне Земля.
Кровью героев, что латами гордо сверкая,
В жертву Аиду отдали за правду себя.
Армия Ксеркса, вся Азия сотнями тысяч,
Землю покрыла убийственной жадной толпой,
Даже в Афинах их грохот могли бы услышать,
Вал смертоносный жестокой лавины людской.
Триста спартанцев, семь сотен феспийцев, илоты,
Как волнолом на пути азиатской орды,
Царь Леонид во главе смертоносной пехоты,
Стали последним заслоном у кромки воды.
Варваров стрелы затмили и лик Аполлона**,
Греки смеялись: "Сражаться тут будем в тени.
Скоро отправимся в путь мы на лодке Харона***,
Персов с собой прихватив, чтобы с нами ушли."
Длинными копьями точно разила фаланга,
Грозно сверкали мечи, на погибель врагам.
С фронта и тыла идут... атакованы с фланга...
Бейтесь за жизнь и свободу родным очагам!
Все полегли - ни один добровольно не сдался,
Раненых не было - трупы достались врагам.
Царь среди первых погиб - как средь первых сражался,
Вместе с другими став равным бессмертным богам.
Вспомни эллин и пришелец о подвиге славном,
Мимо идя, свою голову низко склони.
В жизни есть много вещей, только помни о главном,
Честь и свободу всегда неизменно храни.
Фермопилы.
Путник, пойди возвести братьям в Лакедемоне,
Что, их заветы блюдя, здесь мы все полегли*
Не победили, как эллины при Марафоне
Не отступили - и пали от Спарты вдали.
Путник, взгляни, здесь трава необычно густая,
Лучшей росою струится поныне Земля.
Кровью героев, что латами гордо сверкая,
В жертву Аиду отдали за правду себя.
Армия Ксеркса, вся Азия сотнями тысяч,
Землю покрыла убийственной жадной толпой,
Даже в Афинах их грохот могли бы услышать,
Вал смертоносный жестокой лавины людской.
Триста спартанцев, семь сотен феспийцев, илоты,
Как волнолом на пути азиатской орды,
Царь Леонид во главе смертоносной пехоты,
Стали последним заслоном у кромки воды.
Варваров стрелы затмили и лик Аполлона**,
Греки смеялись: "Сражаться тут будем в тени.
Скоро отправимся в путь мы на лодке Харона***,
Персов с собой прихватив, чтобы с нами ушли."
Длинными копьями точно разила фаланга,
Грозно сверкали мечи, на погибель врагам.
С фронта и тыла идут... атакованы с фланга...
Бейтесь за жизнь и свободу родным очагам!
Все полегли - ни один добровольно не сдался,
Раненых не было - трупы достались врагам.
Царь среди первых погиб - как средь первых сражался,
Вместе с другими став равным бессмертным богам.
Вспомни эллин и пришелец о подвиге славном,
Мимо идя, свою голову низко склони.
В жизни есть много вещей, только помни о главном,
Честь и свободу всегда неизменно храни.
О НЕДОНАПИСАННОМ.
О НЕДОНАПИСАННОМ.
Поэты пишут о любви и страсти,
Памфлеты на зарвавшиеся власти.
Про чудеса небес и мирозданья,
На гимны есть от партии заданье.
О детях, о войне, и о природе,
О Боге, красоте, и непогоде,
В стихах, порою, притчи излагают,
Пародии и шаржики кропают.
Как Пушкин пишут о младом повесе,
В тот миг я вспоминаю о Дантесе.
И тянется рука за пистолетом,
Сказать спасибо от души поэтам.
Но нет еще ни песни, ни стиха
О митохондриальной ДНК.
Пугает слово. Видимо, большое,
Не знают, может, что оно такое.
И не поют о ней певцы с эстрады,
Сонеты где на музыку ламбады?
Про оды даже вспоминать не смею,
Частушек нет - о чем я сожалею.
Лимерики не пишут, дифирамбы,
Забыли про хореи, и про ямбы.
Душа болит и сердце изнывает,
И Муза, издеваясь, окрыляет.
Поэтикой отвергнутое слово,
А в нем такая ритмики основа,
О митохондриальной ДНК
Писать хочу - не дрогнула б рука.
Захваченная протокариотом,
До-ядерным микробом-идиотом,
Она теперь расскажет нам о Еве,
Праматери живущих - славной деве,
Мелодией интронов и триплетов,
Навеет нам со временем сюжетов.
Как песня кофермент и редуктаза,
Четвертый комплекс чудо оксидаза...
Кодон цепочки славного генома,
Нам дарит наслажденье цитохрома...
Все это не освоено пока,
Иди, поэт, зовет тебя строка!
К той митохондриальной ДНК...
Поэты пишут о любви и страсти,
Памфлеты на зарвавшиеся власти.
Про чудеса небес и мирозданья,
На гимны есть от партии заданье.
О детях, о войне, и о природе,
О Боге, красоте, и непогоде,
В стихах, порою, притчи излагают,
Пародии и шаржики кропают.
Как Пушкин пишут о младом повесе,
В тот миг я вспоминаю о Дантесе.
И тянется рука за пистолетом,
Сказать спасибо от души поэтам.
Но нет еще ни песни, ни стиха
О митохондриальной ДНК.
Пугает слово. Видимо, большое,
Не знают, может, что оно такое.
И не поют о ней певцы с эстрады,
Сонеты где на музыку ламбады?
Про оды даже вспоминать не смею,
Частушек нет - о чем я сожалею.
Лимерики не пишут, дифирамбы,
Забыли про хореи, и про ямбы.
Душа болит и сердце изнывает,
И Муза, издеваясь, окрыляет.
Поэтикой отвергнутое слово,
А в нем такая ритмики основа,
О митохондриальной ДНК
Писать хочу - не дрогнула б рука.
Захваченная протокариотом,
До-ядерным микробом-идиотом,
Она теперь расскажет нам о Еве,
Праматери живущих - славной деве,
Мелодией интронов и триплетов,
Навеет нам со временем сюжетов.
Как песня кофермент и редуктаза,
Четвертый комплекс чудо оксидаза...
Кодон цепочки славного генома,
Нам дарит наслажденье цитохрома...
Все это не освоено пока,
Иди, поэт, зовет тебя строка!
К той митохондриальной ДНК...
ВЕСЕННИЙ БАЛ ПОЛНОЛУНИЯ.
ВЕСЕННИЙ БАЛ ПОЛНОЛУНИЯ.
Летают, летают, летают
Бьется неистовый джаз,
Плачут, смеются, играют,
Полночи длится час.
Шампанское в струях пенных,
Разбавлено горькой слезой.
Праздничный запах тлена,
Веет над всей толпой.
Гости, хозяйка, свита,
Реки вина и огня.
Ведьма любви Маргарита,
Плачет, других веселя.
Пламени блики мерцают
На обнаженных телах.
В вальсе кружа, отражают,
Жизнь свою всю - в зеркалах.
Что же тебе так скучно?
Что не по нраву, Мессир?
Что произносишь беззвучно?
Ведь для тебя сей пир!
Словно сидишь на кресле,
Ищешь в луне покой,
Только с собакой вместе...
Ты, а не тот, другой.
Но не услышишь крика:
"Свободен, иди, Он ждет."
Мира сего Владыка,
Что тебе Мир дает?...
Полночь! Твой выход! Вперед!
Гримнир Татхагата - Алексей С. Железнов.
 | Мастер и Маргарита - Мастер и Маргарита - Гимн Воланда | 03:42 |
Летают, летают, летают
Бьется неистовый джаз,
Плачут, смеются, играют,
Полночи длится час.
Шампанское в струях пенных,
Разбавлено горькой слезой.
Праздничный запах тлена,
Веет над всей толпой.
Гости, хозяйка, свита,
Реки вина и огня.
Ведьма любви Маргарита,
Плачет, других веселя.
Пламени блики мерцают
На обнаженных телах.
В вальсе кружа, отражают,
Жизнь свою всю - в зеркалах.
Что же тебе так скучно?
Что не по нраву, Мессир?
Что произносишь беззвучно?
Ведь для тебя сей пир!
Словно сидишь на кресле,
Ищешь в луне покой,
Только с собакой вместе...
Ты, а не тот, другой.
Но не услышишь крика:
"Свободен, иди, Он ждет."
Мира сего Владыка,
Что тебе Мир дает?...
Полночь! Твой выход! Вперед!
Гримнир Татхагата - Алексей С. Железнов.
Калитка на небо.
Калитка на небо.
Закрыта калитка на небо,
Предел - потолок или крыша.
Внизу жаждут зрелищ и хлеба,
А после - спасения свыше.
Из страха и робкой надежды,
Слепили подобие веры,
Одели в святые одежды,
Любовью замазав пробелы.
В идеях росли и учились
Меняя свои на чужие.
В одних по призыву трудились,
Молитвы просили иные.
Мы в поисках истиной сути,
Блуждаем меж ложью и сказкой,
Себя потеряв на распутье,
Скрываясь надежно под маской.
В фантазиях жить разучился,
Простите, друзья и поэты,
На землю давно приземлился,
Простите - но только за это.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Закрыта калитка на небо,
Предел - потолок или крыша.
Внизу жаждут зрелищ и хлеба,
А после - спасения свыше.
Из страха и робкой надежды,
Слепили подобие веры,
Одели в святые одежды,
Любовью замазав пробелы.
В идеях росли и учились
Меняя свои на чужие.
В одних по призыву трудились,
Молитвы просили иные.
Мы в поисках истиной сути,
Блуждаем меж ложью и сказкой,
Себя потеряв на распутье,
Скрываясь надежно под маской.
В фантазиях жить разучился,
Простите, друзья и поэты,
На землю давно приземлился,
Простите - но только за это.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
В привокзальном кафе...
В привокзальном кафе...
В привокзальном кафе на затерянной станции
Мы проводим свой век за бутылкой кефира.
Мимо мчатся вагоны с другими скитальцами
Тьму ночей рассекая огнями пунктира.
Пол в окурках и лужах, и стены с потеками,
Дверь скрипит и стучит, окна грязью заляпаны.
Каждый здесь одинок со своими тревогами,
Что в дорожном бауле надежно упрятаны.
Пролетают года - ничего не меняется,
Только пол все грязней - и сортиры не чищены.
И случайные путники все прибавляются,
Принося за собою избитые истины.
В привокзальном кафе не найти понимания,
И сквозняк задувает из форточки выбитой.
На затерянной станции суть мироздания,
Что в бутылке кефира, до капельки выпитой.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
| Mozart - Requiem | 03:30 |
В привокзальном кафе на затерянной станции
Мы проводим свой век за бутылкой кефира.
Мимо мчатся вагоны с другими скитальцами
Тьму ночей рассекая огнями пунктира.
Пол в окурках и лужах, и стены с потеками,
Дверь скрипит и стучит, окна грязью заляпаны.
Каждый здесь одинок со своими тревогами,
Что в дорожном бауле надежно упрятаны.
Пролетают года - ничего не меняется,
Только пол все грязней - и сортиры не чищены.
И случайные путники все прибавляются,
Принося за собою избитые истины.
В привокзальном кафе не найти понимания,
И сквозняк задувает из форточки выбитой.
На затерянной станции суть мироздания,
Что в бутылке кефира, до капельки выпитой.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Кусачая пародия на себя
Оригинал.Какая же Муза меня укусила?
Какая же Муза меня укусила?
Откуда во мне эта творчества сила?
Откель вдруг фантазии цельный мешок?
Что так и стремится испачкать листок.
Я жил - не тужил, скромный гений безделья,
Не пил, не кутил, кушал телевеселье.
Но Муза тайком, аки тати в нощи,
Кусила и смылась - поди поищи.
Теперь не проходит и часа без строчки,
Учу сочинять даже малую дочку,
Жену побуждаю стихи я писать,
Компьютер беру неизменно в кровать.
Земляне! Окститесь! Узрите! Внемлите
О бедном укушенном Музой пиите.
Ночами не ем, пополудни не сплю,
А только стишки и рассказы строчу.
Смотрите вокруг, как москиты роятся,
Как мухи Це-Це неприрывно плодятся,
Различные Музы - хотят укусить,
И лирой созвучий вас всех заразить.
Особо опасная лирики Муза,
Стоит во главе МузКусСнабСбыт союза.
Другие же тоже не просто парят,
Немного отвлекся - куснуть норовят.
И если вы вдруг у себя разглядели,
Желанье писать и на рифмы подсели,
То знайте, что мой вы покусанный брат,
Чему, черт возьми, несказанно я рад!!!
Здесь рай вам и ад.
***
КУСАЧАЯ ПАРОДИЯ НА СЕБЯ.
Алексей С. Железнов.
Хорошо, что нас кусают музы
Мог куснуть и злобный конь Пегас.
Мог Амур шарахнуть толстопузый,
Что он, гад, и делает подчас.
Тяжела ты шапка Мономаха,
Но поэтам тоже нелегко
Не броня на теле, а рубаха,
Нам за вредность надо молоко.
Укусить старается нас всякий:
Не о том мы пишем, и не так.
Отравитесь нами, вурдалаки.
Кровь поэта - критику мышьяк.
Расстворив талант в гемоглобине,
Лейкоцитам строгий дав наказ,
Дочерям великой Мнемосины,
Сотворим безтрепетно намаз.
(За кулисами классический дьявольский смех,
увертюра из "Фауста", занавес!)
Алексей С. Железнов.
Какая же Муза меня укусила?
Откуда во мне эта творчества сила?
Откель вдруг фантазии цельный мешок?
Что так и стремится испачкать листок.
Я жил - не тужил, скромный гений безделья,
Не пил, не кутил, кушал телевеселье.
Но Муза тайком, аки тати в нощи,
Кусила и смылась - поди поищи.
Теперь не проходит и часа без строчки,
Учу сочинять даже малую дочку,
Жену побуждаю стихи я писать,
Компьютер беру неизменно в кровать.
Земляне! Окститесь! Узрите! Внемлите
О бедном укушенном Музой пиите.
Ночами не ем, пополудни не сплю,
А только стишки и рассказы строчу.
Смотрите вокруг, как москиты роятся,
Как мухи Це-Це неприрывно плодятся,
Различные Музы - хотят укусить,
И лирой созвучий вас всех заразить.
Особо опасная лирики Муза,
Стоит во главе МузКусСнабСбыт союза.
Другие же тоже не просто парят,
Немного отвлекся - куснуть норовят.
И если вы вдруг у себя разглядели,
Желанье писать и на рифмы подсели,
То знайте, что мой вы покусанный брат,
Чему, черт возьми, несказанно я рад!!!
Здесь рай вам и ад.
***
КУСАЧАЯ ПАРОДИЯ НА СЕБЯ.
Алексей С. Железнов.
Хорошо, что нас кусают музы
Мог куснуть и злобный конь Пегас.
Мог Амур шарахнуть толстопузый,
Что он, гад, и делает подчас.
Тяжела ты шапка Мономаха,
Но поэтам тоже нелегко
Не броня на теле, а рубаха,
Нам за вредность надо молоко.
Укусить старается нас всякий:
Не о том мы пишем, и не так.
Отравитесь нами, вурдалаки.
Кровь поэта - критику мышьяк.
Расстворив талант в гемоглобине,
Лейкоцитам строгий дав наказ,
Дочерям великой Мнемосины,
Сотворим безтрепетно намаз.
(За кулисами классический дьявольский смех,
увертюра из "Фауста", занавес!)
Алексей С. Железнов.
РОМАНС "БОКАЛ СТРАСТИ".
Мне налейте вина - золотого безумья,
Растворите в бокале волшебную страсть,
В блеске полной луны, нам станцует колдунья,
Светом звезд обретая над душами власть.
Шепчет тихий прибой, волны дышат устало,
Ночи южной и знойной поведают суть.
Опустилось на землю из тьмы покрывало,
Но волнуется кровь, и уже не уснуть.
Спой, колдунья, нам песню хмельного веселья,
Разожги в нас огонь, жар ночного костра,
Пусть наступит наутро от страсти похмелье,
Но безумную ночь не забыть никогда.
Мне наполни бокал, до краев, вдохновеньем,
Веет нежно в лицо бриз лазоревых грёз,
Станет вечностью миг, станет вечность мгновеньем
И душа полетит по дороге из звезд.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Растворите в бокале волшебную страсть,
В блеске полной луны, нам станцует колдунья,
Светом звезд обретая над душами власть.
Шепчет тихий прибой, волны дышат устало,
Ночи южной и знойной поведают суть.
Опустилось на землю из тьмы покрывало,
Но волнуется кровь, и уже не уснуть.
Спой, колдунья, нам песню хмельного веселья,
Разожги в нас огонь, жар ночного костра,
Пусть наступит наутро от страсти похмелье,
Но безумную ночь не забыть никогда.
Мне наполни бокал, до краев, вдохновеньем,
Веет нежно в лицо бриз лазоревых грёз,
Станет вечностью миг, станет вечность мгновеньем
И душа полетит по дороге из звезд.
Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Родился мир когда-то из слезы
Родился мир когда-то из слезы
Печального, заплаканного Бога,
Уставшего от вечной пустоты
Бессмысленного, в общем, монолога.
Скатилась капля, оставляя след
На лике у небесного поэта.
И прошептал Старик: "Да будет свет",
И отразился в капле луч рассвета.
И стало так! И свет рассеял тьму!
В Адама Ева в первый раз влюбилась,
Тем породив и жизнь, и суету,
Пока слеза из Божьих глаз катилась.
Печального, заплаканного Бога,
Уставшего от вечной пустоты
Бессмысленного, в общем, монолога.
Скатилась капля, оставляя след
На лике у небесного поэта.
И прошептал Старик: "Да будет свет",
И отразился в капле луч рассвета.
И стало так! И свет рассеял тьму!
В Адама Ева в первый раз влюбилась,
Тем породив и жизнь, и суету,
Пока слеза из Божьих глаз катилась.
Слепые котята отжившего века.
Слепые котята отжившего века,
Мы ищем наощуп еду и защиту,
И вечный вопрос: Где найти человека?
Как Мастер случайно нашел Маргариту.
Запутавших в дебрях порочного круга,
Не помня, где вход, и где выход не зная,
Мы прячем в душе состоянье испуга,
Ползем по спирали, себя забывая.
Секунды потерь превращаются в годы,
Ошибки не учат, а только колечат,
Пройдя через дебри и бурные воды,
Не верится больше, что время залечит.
Других обмануть удается порою,
Себя все сложнее, но очень охота,
Крик боли скрывая смешной болтовнею -
Веселья колпак на краю эшафота.Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Мы ищем наощуп еду и защиту,
И вечный вопрос: Где найти человека?
Как Мастер случайно нашел Маргариту.
Запутавших в дебрях порочного круга,
Не помня, где вход, и где выход не зная,
Мы прячем в душе состоянье испуга,
Ползем по спирали, себя забывая.
Секунды потерь превращаются в годы,
Ошибки не учат, а только колечат,
Пройдя через дебри и бурные воды,
Не верится больше, что время залечит.
Других обмануть удается порою,
Себя все сложнее, но очень охота,
Крик боли скрывая смешной болтовнею -
Веселья колпак на краю эшафота.Алексей С. Железнов - Гримнир Татхагата.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)